Автор Наш корр. 
«Мы пришли сегодня в порт, мы стоим разинув рот» – поется в детской песенке.
Если честно, я в порту не был с детства, когда классом водили на экскурсию. Меня ожидало приятное удивление. Серы, так нелюбимой устьдончанами, мало. Зато стоят теплоходы, во всю идет разгрузка и загрузка угля и щебня.
Наш первый герой как раз занимается такой разгрузкой.
– Петр, – кричит ему мастер, – прервись, к тебе журналист пришел.
С крана с улыбкой спускается молодой мужчина. Скромно и как-то робко подходит ко мне.
– В первый раз в жизни интервью даю, – говорит парень.
– Что же, с премьерой!
Петр Аносов – по специальности докер-механизатор. И хотя работает на кране, его работа сложнее, чем просто у крановщика. Та же разгрузка, загрузка, но еще чистка дока ковшом, ремонт мелких поломок, где можно обойтись без специалистов – техников. Работает на огромном портальном кране.
– У меня между ногами вагоны проходят, – улыбается Петр.
Имеется в виду, что платформы крана настолько широки, что в них без труда могут проходить два железнодорожных состава, причем в одну и другую стороны.
Азы профессии постиг сразу после армии. Обучался несколько месяцев. С тех пор уже почти двадцать лет работает в порту. Хотя самому нет еще и сорока.
– Поначалу было очень трудно. Первый год без своего наставника Александра Герасимова на кран не поднимался. Сейчас учитель на пенсии. Спасибо ему. Работаю и в ночные, и в дневные смены. С выходными, конечно.
На рабочем месте Петр «орудует» тремя рычагами. Поворот, вылет стрелы, зацепить ковшом груз, удержать его, затем снова поворот, стрелу под себя, выгрузка. Петр апеллировал профессиональными терминами. Но в целом, было понятно.
– Самое сложное, – говорит докер-механизатор, – когда что-нибудь ломается на стреле. Верхотура 50-70 метров. Приходится смазывать ролики, по которым движется трос, или блок подбить немного. Бывает, трос соскочит, как леска с катушки на удочке, приходится поправлять. Такое бывает не часто, но бывает. Особенно сложно все это при ветре. Внизу ветер почти не чувствуется, а наверху кажется, что болтает на все девяносто градусов. Но все это со страховкой, поэтому постепенно привык, и страха уже нет. К тому же коллектив здесь очень хороший, отзывчивый, всегда придут на помощь.
Петр рассказал, что работают и зимой. Тогда, в основном, идет ремонт крана, подготовка к навигации.
У мужчины трое детей. Можно сказать, что порт кормит всю семью. Летом зарплата около двадцати тысяч, зимой ниже.
– Но знаете, – признается Петр, – в сравнении с девяностыми, когда порт практически стоял, и денег почти не платили, сейчас, нормально. Профессию уже давно искренне полюбил и другой себе не пожелаю. Сейчас могу две тысячи тонн щебня загрузить за одну смену.
– Это много?
– Теплоход под завязку. А теперь, извините, мне пора работать. Корабли ждать не любят, у них свой график.
Делаю фото на память, желаю Петру Аносову удачи и отправляюсь к следующему герою порта.
Николай Цветков – электрогазосварщик. В порту работает три года, но в коллективе уже имеет заслуженный авторитет. Профессионал, работал по всей стране, на знаменитых стройках. До прихода в порт строил мост в Керченском заливе. Теперь, как сам признается мастер, решил «осесть» поближе к семье.
В порту профессионала приняли с распростертыми руками. Николаю Александровичу 56 лет, а работает, по отзывам коллег, как молодой, но очень грамотный и опытный специалист.
– Часто приходится работать на стреле, – рассказывает Николай, – то есть те же 50-70 метров. Краны есть старые, бывает, что-то ломается или железо лопается. Необходима сварка. Туда, на верхотуру, и кабель затащить надо. Часто варим блоки, которые держат тросы. Бывает, что краны лопаются снизу доверху.И пошла работа! Летом приходится работать быстро. Нельзя задерживать составы и теплоходы. Зимой более основательно ремонтируем, хотя и менее комфортно. Ветер бывает такой, что внизу сносит, а представьте, на семидесяти метрах.
– Ух, сложно представить!
– Ничего, и вы бы привыкли. Человек, сами знаете, такое существо – ко всему привыкает.
– А летом, главная проблема – это жара, – продолжает Николай, – я же с огнем еще работаю. Бывает, за две недели сбрасываю 5-7 килограммов. Клуб можно открыть для желающих похудеть, – смеется Николай.
– Бывали забавные случаи? – видя веселый нрав собеседника, спрашиваю у Николая.
– Бывали. Раз летом, жара, а нужно было спешить, голова кругом, теплоход не мог ждать под загрузкой ни одной лишней минуты. А на кране трос полетел, нужно было его отрезать и приварить новый. Так, впопыхах отрезал не тот трос. Это, знаете, все равно, что вместо больного здоровый зуб вырвать. Правда, в нашем случае все поправимо. Однако пришлось попотеть вдвойне. Как говорится, не спеши, а то успеешь.
– С портом теперь уже навсегда?
– Да! Хватит, всю страну объездил, всех денег не заработаешь. Здесь коллектив очень хороший. И природа, и дом. Теперь моя дальнейшая судьба – только порт.
Наш третий – герой человек с речной фамилией Николай Волгин.
– Значит, сам Бог велел работать на воде, – улыбается токарь — универсал.
Токарь-универсал – престижная и уважаемая работа. В своем токарном деле должен уметь все, включая навыки инженера с высшим образованием. Читать чертежи, знать технологию обработки металлов, обязательны навыки газосварки, уметь починить любую деталь, которая есть на кране сверху – донизу, а часто и самому сделать новую.
– Один раз «червяк» сделал, – продолжает мастер, – это такая деталь на кране, отвечающая за поворот. Если ломается, обычно возят на завод. Я немного помучился, но сделал сам, до сих пор работает.
В порту Николай Волгин работает с 1980 года. Ни разу его не покидал. Не покинул и в тяжелые девяностые, когда порт практически стоял и зарплату почти не платили. Подрабатывал продажей обуви, за ней ездил в Москву на Черкизовский рынок, но порт все равно не бросил.
– Порт – это же мой родной хороший друг. У друзей бывают тяжелые времена, мы же их в это время не бросаем, а наоборот, стараемся помочь преодолеть трудности, вот и я старался, и таких у нас здесь много. Люди профессиональные с семейными традициями.
У Николая трое уже взрослых детей. Младший – чемпион мира по «русскому жиму» — это когда штангу толкают лежа, от груди. Да и сам мастер в порту рекордсмен. В восьмидесятые, когда порт процветал, установил портовый рекорд. Работал он в те годы докером-механизатором и загрузил за одну смену тысячу тонн леса, четырнадцать железнодорожных вагонов. Лес в то время гнали на Украину.
– Да, были времена, – немного с грустью вспоминает Николай, – но и сейчас грех жаловаться. Порт работает, появляются новые грузы, значит, идет развитие. Дай Бог, и выйдем на уровень семидесятых, восьмидесятых. Все здесь очень этого хотят!
Николай пошел к своему станку, на рабочее место. Там его ждали два ученика. А, так еще и смену растит, не сказал, поскромничал!
Ночью, засыпая при открытом балконе, я иногда слышу мерный, негромкий гул работающего порта. Наверное, мои знакомые трудятся. Успеха им!
В. Плужников
Фото автора