Автор Наш корр. 
Ещё давно случайно наткнулась на группу в «Вконтакте» с хорошими стихотворениями (https://vk.com/komov_alexay). Автором оказался наш земляк – Алексей Комов.
Он закончил 9 класс второй школы в 2016 году. Поступил в строительный колледж по специальности архитектор. Сейчас Лёша служит в Ростовской области в составе воздушно-космических сил. Ему осталось служить меньше месяца, и мне захотелось по этому случаю сделать интервью с ним о его творчестве и жизни в армии. Долгие гудки телефонной трубки, и вот Лёша на связи.
— Как ты начал писать стихи?
— Ещё в самом раннем детстве я что-то писал, когда был у своей бабушки в гостях. Конечно, выходило плохо. Потом лет в 13-14 я подумал, что нужно сделать что-то интересное, например, сайт. Но что туда публиковать, не знал. Пытался делать сайт с моими текстами, но ничего не получилось. Я за всё время то начинал, то бросал. На первом курсе более стабильно начал писать стихи.
— В это время у тебя появляется группа в «Вконтакте» и там уже большая аудитория. Как ты вообще пришел к его созданию и привлечь столько людей к своему творчеству?
— Валера, у меня ручка закончилась! Дай ещё. На благо батальона, — прозвучало из трубки, — на чём остановились? А, вспомнил. Лето перед поступлением. В это время и создал паблик. Была мысль использовать его, как склад. Конечно, думал, что надо и людей привлечь, но на первых порах это очень сложно. Первые два года там человек 200 было. Потом я получил «Прометея» от «Вконтакте»… Бери у Сереги! Спроси, на чём он остановился и запиши остальные фамилии! – опять прозвучала странная фраза.
— А чем вы сейчас занимаетесь?
— Ты же сама сказала, что разговор записывается, вдруг мы тут ядерные ракеты строим.
— Шариковыми ручками?
— На самом деле я тот ещё чертёжник! Так вот, «Прометей» — это алгоритм «Вконтакте», который позволяет знакомить аудиторию с оригинальным контентом. Неделю записи из паблика попадают людям в рекомендации. Человек 400, наверное, пришло. У меня появилось осознание того, что можно двигаться дальше. Публиковался в других группах, оттуда ко мне тоже приходила аудитория. Таким образом достиг более 7 тыс. подписчиков.
— Ты исключительно через соцсеть продвигался. Почему не выбрал специальные сайты, не пытался подать на публикацию в журналы?
— Честно, все эти сайты убогие. Они не позволяют приобретать читателей, это как консервная банка. Журналы…. Я как-то общался с ребятами, которые издают журналы какой-то локальной компанией, но в том-то и дело, что журналы остаются внутри этой компании. В этом нет движения. Может быть, ты станешь более-менее известным среди коллег, но другой аудитории ты будешь неизвестен.
— К какому тематическому направлению ты относишь свою поэзию?
— Не задумывался ранее над этим. Наверное, к внутриличностной лирике.
— Почти все твои стихотворения имеют кольцевую композицию. Как ты пришел к такому стилю? Ориентировался на определенных поэтов?
— Появилось со временем. Скорее это выработалось бессознательно. Да, читал современных поэтов, может перенимал стиль у них.
— А какие современные поэты входят в твой личный топ?
— Мне очень нравился, да и нравится, но просто он ничего не пишет больше… Это Константин Потапов. Ещё Сэд Том. Не совсем привычная поэзия. Скорее верлибр — красиво, интересно. Также Виталий Мошак. Очень крутой!
— Поговорим теперь о твоей армейской жизни. Каким был твой первый день в армии?
— Первый день… он какой-то мутный. Мы приехали вечером, нам выдали кровати, но мы не поняли, где чья, нам плохо объяснили. Только спустя время я смог найти свою кровать. Нас научили заправлять кровати. Только те ребята, которые всего на пару недель раньше приехали.
Выдали нам сухпайки, но я не стал их есть. Причину не буду говорить. В общем, в тот вечер я остался голодным. Первые несколько дней мы просто заполняли всякие бумажки — анкеты, информацию о себе.
— А у вас была дедовщина?
— Ну конкретно здесь нет. Тут были почти все ребята моего призыва. Думаю, что и не было бы, так как это пережиток прошлого. Было только в виде небольшого поучения от тех, кто чуть дольше служит.
— Перед поступлением на службу у тебя ведь были какие-то стереотипы? Подтвердились ли какие-то из них или, наоборот, опроверглись?
— На гражданке особо не задумывался об этом, не сложилось каких-то стереотипов. Может, только думал, что здесь немного другая атмосфера. Оказалось, что здесь мы уделяем значительное внимание бытовым вопросам – подметаем, моем полы. Другого ничего такого не было.
— Что для тебя было непривычно там или до сих пор непривычно?
— Из бытового это туалет на улице. Также обеды мне казались слишком большими порциями, но затем привык и теперь даже не стал наедаться.
— Получается для тебя всё стало привычным?
— Настолько, что я уже не представляю, как может быть по-другому. Что было до армии, ощущение, будто та жизнь мне привиделась, а что будет после… Не верю, что будет «после».
— Каждый день одинаковый?
— Да, и это тоже удручает. Но как-то в этой череде одинаковых событий ты подсознательно ищешь, подчеркиваешь какие-то отличия, яркие моменты, что-то интересное и новое.
— Например?
— У нас была тренировка по ликвидации террористов, отправляют разведывательную группу работать. Командир приказал разведчику отойти на некоторое расстояние. А мы все общаемся условными знаками, может, ты в фильмах видела. И тот разведчик отправился метров на 200-500. А командир показывает всякие жесты, что делать. Разведчик стоит неподвижно. Оказалось, у него зрение -5, он просто ничего не видит. Вот такой забавный случай.
Ещё перед отбоем наш дежурный проводит викторины, кто победит, тому больше секунд для отбоя – не 5, а 15.
— Чем занимаешься в свободное время? Пишешь стихи?
— Писать стихи не очень даже хочется. Но когда хожу на дежурство, практически никого нет. Тихо, спокойно. И в этой тишине получается что-то написать.
— А почему не хочешь писать?
— Сама атмосфера она удручающая, постоянное движение, утомление. Не просто желания нет, даже мыслей каких-то.
— Как думаешь, поменялось ли твоё мировоззрение из-за армейской жизни и отразилось ли это как-то на твоем творчестве?
— Не думаю, что как-то поменялось мировоззрение. В поэзии, может, появилась только тусклость эмоций, усталость.
— Можешь прочитать что-нибудь из того, что написал недавно?
— Сделай меня чуть счастливей…
Сделай, пожалуйста, сделай.
Чтобы найти в себе силы
Дальше тащить своё тело.
Большего мне и не надо;
Разум – пожар, в сердце – ливень.
Только одна во мне «радость» –
Быть хоть немного счастливей.
Быть хоть немного важнее.
Нужным, как кровь для аорты.
Жизнь для того, чтобы склеить
Болью тугие пустоты.
Я, как всегда, непричастен.
Я, как обычно, в сторонке.
Сделай, пожалуйста, счастье,
Пусть оно будет негорьким.
Только ведь холод и вопли
Яростно лупят по коже.
Жаль, что я – сломанный облик
В лицах случайных прохожих.
Тот, для кого удел жизни –
Жить для других во всю силу.
Я был для всех самым «ближним»,
Только вот не был счастливым.
— А что для тебя «счастье»?
— Спокойствие и только спокойствие.
— Проводите ли вместе весело время с товарищами?
— Да, иногда паренёк один играет на гитаре, все поём. Иногда покупаем какую-то еду и собираемся вместе покушать.
— Хорошее развлечение – покушать.
— Ну да, столовская еда, конечно, «вкусная»! «Божественная»! Но иногда приходится питаться «ужасной» гражданской едой… Можем просто лежать и разговаривать даже о том, о чем я с друзьями на гражданке не разговаривал.
— Всё-таки они для тебя стали, может, даже родными людьми?
— Я думаю, что нет. Мне кажется, если и будем общаться после армии, то непродолжительно. Но в целом, как жизнь покажет.
— То есть уверенности в них нет?
— На службе здесь уверенность есть. Могу доверить, например, свою карту и попросить что-то купить.
— А доверил бы им свою жизнь?
— Навряд ли будет такая ситуация, где придётся рисковать жизнью. Но в теории да, доверил бы.
— Ты почти прошёл уже этот жизненный этап, тебе осталось меньше месяца служить. Какие выводы можешь сделать из такого опыта?
— В некоторых моментах, может быть, есть и плюсы – я стал жёстче, общительнее, увереннее.
— Чем думаешь заниматься после армии?
— Где-нибудь работать, неважно где, главное, чтобы были деньги.
— А как же творчество?
— Я бы и хотел, но не знаю как. Я за год потерял очень много в этом плане – и связи, и читателей. А что дальше, не знаю, может, семья… Мне бы хотелось в завершение нашего разговора выразить благодарность людям, которые меня всегда поддерживают. Можно?
— Конечно.
— Прежде всего благодарю родителей Комовых Любовь Петровну и Евгения Алексеевича, мою бабушку Тамару Борисовну. Также спасибо одногруппнице Анастасии Любимовой, которая помогает мне с публикацией стихотворений. И отдельная благодарность моему идейному вдохновителю, девушке, которая, надеюсь, станет моей женой – Екатерине.
А. Любченко