Усть-Донецкий информационно-тематический портал
Усть-Донецкий информационно-тематический портал

Гауптвахта

Лето тысяча девятьсот семьдесят восьмого года. Авиационный полк, базировавшийся в Венгрии (гарнизон Кунмандараш), отмечал свой юбилей - шестидесятилетие Гвардейского, Красногвардейского, Дважды Краснознамённого, ордена Ленина, ордена Кутузова Третьей Степени полка истребителей-бомбардировщиков имени 50-летия Октября. Год назад полк был награждён вымпелом министра обороны СССР за доблесть и мужество, проявленные на учениях. Да, я хорошо запомнил эти учения, проходившие в Белоруссии (аэродром Лунинец), в которых мне одному из солдат-первогодок как успевшему проявить и положительно зарекомендовать себя механику по вооружению доверили столь ответственное участие. Теперь я имею первый класс по специальности и по праву считаюсь одним из лучших специалистов в полку по вооружению истребительно-бомбардировочной авиации. Вот я и нахожусь на общеполковом построении и жду, когда среди представленных к награждению объявят мне о предоставлении долгожданного кратковременного отпуска на десять суток с правом выезда на Родину, ведь информация насчёт отпуска мне уже изошла от полкового писаря, и я очень надеялся, что так и будет. (Замечу, что отпуска в нашей части давали крайне редко, в основном по чрезвычайным семейным обстоятельствам). Но вышло иначе. Отпуск дали по абсолютно непонятной причине тупому, как я считал, и услужливому специалисту по СД (самолёт и двигатели), земляку начальника группы СД его эскадрильи. А мне, некурящему, как в насмешку, подарили бензиновую зажигалку. Помню, тогда вся эскадрилья возмущалась и искренне сочувствовала мне.

Прошла неделя. Сегодня в нашей третьей эскадрилье полёты. Летаем во вторую смену. Немного раньше приехав со своей стоянки и зайдя перед обедом в казарму, я со своим лучшим другом сержантом Василием Н. отправились в каптёрку ТЭЧи (технико-эксплуатационной части), жилое помещение которой, как и нашей эскадрильи, располагалось на третьем этаже казармы. В каптёрке старослужащие втихую разливали авиационный спирт, который двое нерадивых бойцов два дня назад утянули из кабинета начальника ТЭЧи путём взлома двери. Неопытных в таком деле вояк в пьяном состоянии, вместе с этими двумя, в тот же вечер отправили на пять суток на гауптвахту. А часть недопитого спирта была припрятана. И теперь, чтобы не мозолить глаза, его решили перед обедом оприходовать. Нам с сержантом тоже налили. После выпитого пошли солдатские разговоры о службе, о недавно прошедшем празднике, о том, как несправедливо обошлись со мной. Разлили ещё, мне как «пострадавшему» - поболе. От досады, чтобы заглушить обиду, я выпил до дна.

На обед нас повёл не родной старшина, он был в отпуске, а временно исполняющий его обязанности. Он заметил, что мы с сержантом немного под хмельком, и быстренько доложил командиру эскадрильи...

Уже перед ужином капитан Б. привёл нас с Васькой на гауптвахту и сдал начальнику караула на трое суток. Четверо арестантов, которые уже отсидели двое суток из-за того же спирта, встретили нас как самых дорогих гостей. После возгласов, смеха и объятий стали делиться последними новостями. Потом пошли жалобы на роту охраны, которую между собой именовали «курками»: «Да эти курки совсем обнаглели, жрать дают какие-то объедки, а белый хлеб и масло вообще не дают, говорят, что не положено («вот отсидите своё, тогда и будет вам белый хлеб с маслом»), а пожаловаться здесь некому, начальник караула наши жалобы мимо ушей пропускает». «А чего от вас, ребята, так воняет? Прямо кошмар», - поинтересовались мы с Васькой. «А вот завтра и узнаете, чего так воняет, когда целый день из туалета, который, наверное, со времён пребывания в этом гарнизоне в войну немцев не чистился, почерпаете фекалий да поносите в вырытую за территорией караулки яму. А мыла, хотя бы руки помыть, нам не дают, говорят, что нету».

Ужин был плёвый, без белого хлеба, и чай почти без сахара. Но арестантская братва не унывала, шутки и смех долго не утихали в одной из комнат гауптвахты, где шестеро солдат без ремней, лёжа на голых досках, коротали ночь.

День первый. После завтрака без белого хлеба и масла работа целый день та же, что и вчера у наших предшественников. Правда, теперь черпали лишь чёрную жижу, но смрад тот же. А к ужину - везуха. В караул заступил наряд из нашего полка, то есть наши, полковые ребята. Где-то раз в месяц наш полк подменяет роту охраны. И теперь на ужин и хлеб белый, и чай сладкий. А на завтрак и масло дадут. Но больше всего рады простому солдатскому мылу. И когда рядовой, молдаванин Мынзат, мыл руки этим мылом и, принюхиваясь, повторял «я такого пахучего мыла сроду не видел» - все от души смеялись.

День второй. Пришёл вагон с углём. Целый день его разгружали. Но помимо этого грузили уголь в машины, которые развозили его семейным офицерам и прапорщикам к зиме. Она здесь хоть и не лютая, но сырая и зябкая. К ужину вернулись уставшие и в угольной пыли. Караул сменился, и снова ужин из остатков, без белого хлеба, и чай почти без сахара. На этот раз долго не галдели. Усталость повалила всех на нары. Правда, спать на голых досках никому не пожелаю.

День третий. Завтрак. Перловку, называемую солдатами «дробь шестнадцать», лопатили, как будто проходили курс молодого бойца. Меня с Васькой, злых на «курков», что объедают нас законным белым хлебом с маслом, направили с лопатами пешим ходом в район третьей эскадрильи, где под землёй пробило высоковольтный электрический кабель, а потому все капониры, в которых стоят самолёты, командный пункт и все постройки оказались обесточенными, а пока перешли на аварийное питание. Отводил нас, штрафников, к месту работы караульный с автоматом, солдат-первогодка. Приехавший со спецаппаратурой венгр быстро обнаружил под землёй обрыв и, с кем-то переговорив по рации, указал нам участок, где надо копать траншею, так как линию уже обесточили. Поставив через переводчика перед нами задачу, он с гарнизонным электриком удалились, предупредив, что после обеда возвратятся, и чтобы траншея была готова.

Часа три под палящим солнцем мы рыли намеченную траншею и до обеда окончательно с ней справились. Вылезли из ямы, увидели спящего часового и, шутки ради, вытащили из его подсумка два рожка с патронами. Надо только было видеть, как проснувшийся боец умолял нас отдать пропажу. «А белый хлеб, сахар, масло кто нам отдаст?» - спрашиваем его. Немного посмеявшись, вернули нерадивому солдату то, что он проспал. Так незаметно и время пролетело. До конца выполнив поставленную задачу, мы вернулись на гауптвахту под конвоем того же бойца.

Вот и закончился срок отсидки. Я после полноценного ужина в солдатской столовой теперь предвкушал, с каким наслаждением буду спать на мягкой солдатской постели, подложив под голову взбитую подушку.

А после Ваську сняли с сержантской должности, а меня разжаловали с ефрейторов в рядовые.

Но я ничуть не горевал, ведь каждый служивший в Армии знает, что смешно тосковать о потере такого звания. А что побывал на гауптвахте, ничуть не жалел. Ведь недаром ходит между солдат побасенка: «Кто не побывал на гауптвахте, тот и не служил». Но это, конечно, шутка и, так сказать, утешение самого себя.

На гауптвахту я больше не попадал. Считаю, был неплохим солдатом и отличным специалистом по вооружению. Не единожды мне предлагали остаться на сверхсрочную службу. Но я отказался. Уж очень тянуло на гражданку, домой.

В. Лещенко



Увидели что-то интересное в посёлке или в районе? Присылайте информацию, фото или видео на почту редакции газеты smi-udonet [собака] rambler [точка] ru, в наши группы «ВКонтакте», «Одноклассники».



Голосование за дизайн-проект

Выбрать дизайн-проект благоустройства

Правительство Ростовской области

banner

Опрос населения

опрос населения

Здесь может быть Ваша реклама
Версия для слабовидящих

Киноафиша Усть-Донецкого РДК

Радио Шансон 103,9FM

Радио Шансон в Усть-Донецком

Пенсионерам на заметку

пенсионный фонд в усть-донецке

Здесь может быть Ваша реклама

146

147

148

149

© 2021 Усть-Донецкий район. Все права защищены.
Этот сайт защищён фаерволом RSFirewall! для Joomla!